Кто уже кулак, тому не разогнуться в ладонь.

Фабер услышал, но услышал и брандмейстер Битти, решивший, что эти слова относятся к нему.

Именно эта трусость и в то же время мятежный дух, подспудно живущий во мне, побудили меня изобрести вот это.

Он допил остаток виски из стакана: - Пора.

Этого достаточно, чтобы он сделал то, что сделал сейчас,- он реагировал на меня.

А с другой стороны, если я ее подменю, а Битти знает, какую именно книгу я украл, он догадается, что у нас тут целая библиотека.

Вспомните-ка, в школе в одном классе с вами был, наверное, какой-нибудь особо одаренный малыш?

Ведь если нас уничтожат, погибнут и знания, которые мы храним, погибнут, быть может, навсегда.

Ну что ж, они так и сделали.

Гордость, будь она проклята, и гнев - да, не сумел сдержать себя и вот все испортил, все погубил в самом начале.

Оптимизм для меня означает только одно — шанс вести себя оптимально.

Никакою силой нельзя заставить умолкнуть толпу, пока она не выдохнет все, что накопилось у нее внутри, и не смолкнет сама.

Мы продолжали осквернять память мертвых, мы плевали на могилы тех, кто жил до нас.

Битти и Монтэг глядели, один с сдержанным удовлетворением, другой не веря своим глазам, на дом, которому суждено было стать главной ареной п

Она стояла, покачиваясь, глядя на пустую стену перед собой, словно оглушенная ударом по голове.

Он прислушался к ударам своего сердца: оно билось спокойно и ровно.

Вместо другой был мертвый обрубок, обуглившийся кусок дерева, который он вынужден был таскать за собой, словно в наказание за какой-то тайн

Пес сделал прыжок - ритм и точность его движений были поистине великолепны.

Да, спросил он себя, куда же я бегу?