И хотя ещё никто ничего толком не знал, все догадывались, что мы скоро покидаем гарнизон.

Бить его, чтобы лежачим стал.

И пора готовиться покончить с этим дружеским нереальным пленом.

Ходили они с песнями.

Я у нее работала одно время.

Все, мол, известно и так далее.

На конверте немецкий адрес.

Радовались тому, что тепло и легко, что нам хорошо, что кончилась война и мы остались живы.

И на своих картах-пятикилометровках мы закладывали тебя под обрез планшета.

Другой рукой он сделал жест, приказывающий водителю трогаться с места, и поживее.

У него был верный глаз охотника, он все успевал замечать в воздухе и не прощал ни малейшей ошибки.

Все вспом-нилось в деталях.

Написана она была еще в те времена, когда пара крыльев и пропеллер представлялись величайшим достижением технической мысли, и убедительно

Вот квитанция, мы тебе на счёт тридцать рублей положили.

Несколько часов продирались мы сквозь лес, лишь изредка выходя на просеки или попадая на тропинки.

Новая дневная, а равно и ночная, униформа состояла из пары грязных белых судовых туфель с патентованными подошвами, изрядно застиранных бе

Не забывай, эта операция далеко не безопасна.

Штабная служба мне нравилась.

Или шум тут поднять.

Вот я копаю и смеюсь, что настоящий шурф закладываем, вот-вот сейчас покойника откопаем.