Потянулись долгие, мучительные месяцы лечения.

И тут справа от нашего курса я заметил еще одну вражескую колонну, замаскированную на окраине какой-то деревушки.

Словом, повезло нам с комиссаром.

Ходили они с песнями.

Каждый раз, когда я звал ее, она с радостью и удовольствием бросалась мне на руки.

Следовало расчистить в лесу место для посёлка, срубить и обтесать брёвна, построить амбары, срубы, выкопать землянки.

Ешьте и пейте, пока не станет различаться пред вами белая нитка и черная нитка на заре, потом выполняйте пост до ночи.

Долго нас будут мариновать? Вы бы хоть узнали, спросили.

Они все трое поднялись по лестнице и вошли в приемную.

Когда-то он упоминал об этом в разговоре со мной.

Надо эту мразь стереть с лица земли.

Алексеева и считал его, хотя до войны мало встречался с ним, самым выдающимся из наших генералов, самым образованным, самым умным, наиболее

Не сумели голову сразу снести.

Другой рукой он сделал жест, приказывающий водителю трогаться с места, и поживее.

Сидящая за столиком женщина с седыми волосами сверилась с журналом и кивнула.

В детстве я был слабым червем, маленькой тенью, старающейся найти себе место в бесконечном мире света.

Изучая документы сборника, нельзя не заметить, как день ото дня расширялись и углублялись контакты между сотрудниками спецслужб большеви

Показав лучиком фонаря на две кровати, посоветовал сразу же ложиться спать.

С первого еще не вернулся.

После того, что я узнал, промямлил я, нас трудно оправдать.