И Бакалавр, и Гаруспик - от этого мира, а ты нет. Это ты - инородное тело, демон, прикинувшийся человеком. Они - люди, из такой же плоти и крови, как у меня, а ты - вещь, во тьме приходящая. Они не демоны. Ты - демон.

Швы, что ли, опять разошлись…

Я - из того, что не вошло в тебя… Я - для тебя… Я - это ты… Я - чтобы тебе было понятнее…

На самом деле нет никакого самого дела.

Город у нас такой. Знаешь сам — это очень хороший город. В нём живут красивые люди. Он одухотворён необычной мечтой. Настоящей, жестокой преступности нет. Воры и крысы — те тоже помягче.

Бессовестным глазам не первый базар: отморгаются.

Детки мои, дети… Сердце кровью обливается, что с вами будет? Ах, девочка, подрастешь - поймешь каково это - за деточек переживать…

Движение планет, безусловно, влияет на ход нашей жизни. Но я сомневаюсь, что в человеческих силах извлечь из этого выгоду.

И какого же хера тебе тут надо, Артемий-Не-Ко-Времени?

День двенадцатый, в который становится окончательно ясно, зачем все это было нужно.

Не знаешь линий. Не знаешь, как открывать. Уходи. Ты чужой.

Если на ощупь шершавое, значит, можно. Если гладкое, тогда, конечно, нельзя.

Рождаться больнее, чем умирать.

Игра — это клетка, и если вы из нее не выберетесь — точно проиграете! Мы знаем, что говорим.

Ох, дал бы я волю рукам, если б не эти скобки!

Поистине ловок тот, кто умеет скрывать свою ловкость.

Всюду не успеть. Всех не спасти.

Вы все — одиноки. Я помогу вам прикоснуться друг к другу. Проникнуть друг в друга. Соединиться в одно.

Как призывают менху, верных из рода служителей? По рукам узнают их, мясников, по глазам отличают их, хирургов, знахарей линий, вождей Уклада, говорящих с удургами, владеющих искусством гаруспиков.

Хорошего человека должно быть много. Меня, например, две.