Как же на практике меня в пизду стрессует потенциальный разговор про работу на другом языке с носителем. Ну то есть я просто сам от себя не ожидал такого ужаса в глазах и ора на шкафу. Штооош.

Вам знакомо это переживание, когда вначале ты бегаешь в поисках, а потом когда уже забил: оно как польётся из фонтана? И ты такой: с одной стороны жаба и тревожность говорят «Бери всё», а с другой щитовидка и рациональность хрипят: «Довольно!»

Неприятная правда конечно в том, что во взрослом упорядоченном мире работы, быта и отдыха, на любые проекты сверху нужно тратить еще волевым усилием освобожденное для этого время.

Неожиданно я перестал понимать как общаться с людьми. Каждый - неизвестный и непостижимый комок смыслов и переживаний. Как мы вообще можем разговаривать друг с другом!

Мне кажется переживалка у меня скоро отвалится. Сегодня еду делать доверенность на мать в консульство, слот на прием в который я ждал 3 месяца. Но до сих пор я не понимаю, правильно ли я все заполнил и подался, и не пошлют ли они меня. А могут.

Пара недель назад обнаружил в себе безумный всепоглощающий страх перед английским языком. Каждый раз когда я сажусь за работу с ним я хочу умирать и орать. Я поборол себя неделю назад простым превозмоганием, но это помогло до сегодня. Что делать не знаю…

Ух, пришло время истлевать сети моих родственников. Сегодня умер дед. Ему было 96 лет. Он прожил долгую жизнь, но к смерти всё равно нельзя подготовиться. Такие дела.

При том, что в целом я в порядке, смерть деда это конечно каузально большое событие. Окончательно перехреначивает семейную ткань. Как бы «Мир изменился».

Деда сегодня похоронили. Я пошел в бар #Hemingway и заказал себе японский виски. Спокойного сна тебе дедушка, отдыхай.

Про работу. Чувствую себя сеятелем долбоебом: посадил разные семена в трех разных концах мира и надеюсь, что что-нибудь да взойдет. Сеять при этом не прекращаю, хотя из результатов пока только усталые щи. Жизнь как эксперимент, епта.

Мне кажется мой способ научиться плавать - это прыжок в бассейн с крокодилами. Господи, за что я так с собой?